Хорен Григорьян (horen) wrote in samarski_kray,
Хорен Григорьян
horen
samarski_kray

Последнее слово Бегуна

Честно говоря, я не хотел в это дело лезть. По многим причинам. Главные — такие: Бегун — фигура неоднозначная и одиозная, от него можно ожидать всякого; внешне это дело походило на некий карточный домик, построенный по чьему-то заказу. Такие дела я не люблю.

Но — попросили сюда написать об этом. Сегодня ведь планировалось оглашение приговора. А дело — резонансное.

И я решил пойти. Подумал: вдруг это будет единственная возможность увидеть Диму в ближайшие несколько лет?


В 11 утра в Самарском районном суде еще никого не было — кроме адвокатов Андрея Соколова и Александра Паулова, а также журналистов. Пока акулы пера и телевидения задавали юристам интересующие их вопросы, в зал судебного заседания привезли Олега Иванца и Дмитрия Бегуна. И дело застопорилось: Наталью Умярову, как выяснилось ближе к полудню, даже не вывезли из Тольятти.

Тем временем адвокат Соколов признался, что ему не хватает блогеров, которые пишут на интересные краеведческие темы, «но не о том, что каждый видит на улице, а что-то неизвестное всем». Между тем, по его словам, «есть блогеры, которые обслуживают интересы власти, им можно всё». Адвокат считает, что «если будет реальный срок (Бегуну, Иванцу и Умяровой — Х.Г.), то это будет означать, что дело — заказное, политическое, значит, у нас отсутствует правоохранительная система. Я убеждён, что их должны оправдать. В условиях отсутствия правосудия любой приговор ближе к моей позиции — будь то меньший срок или другая мера пресечения — будет ближе к справедливости, чем те сроки, которые просит прокуратура».

В свою очередь адвокат Сергея Шатило Александр Паулов выражал позицию, которую можно коротко обозначить так: Шатило — благодетель, которого все обижают и прессуют, поэтому плохо будет всем. Дословно: «Публикации против моего клиента продолжаются. Сергей Францевич на работе зарабатывает деньги на адвокатов и пытается строить кардиоцентр, но ему в этом мешают. В кампании против него участвуют и правоохранительные органы — сейчас в связи с уголовным делом арестованы его счета и счета его компании». Паулов отметил, что в этих условиях вряд ли в сентябре строительство кардиоцентра завершится и «больные просто не доживут:в условиях ареста счетов нечем платить рабочим, а без оплаты никто не будет работать».

Журналсты спрашивали, надо ли бояться теперь писать в блогах правду. Паулов отвечал, что он за блогосферой не следит («этим занимается моя супруга»), но «бояться не надо — сейчас не тридцать седьмой год. Но надо думать, что пишешь, и не оскорблять людей». По его словам, «такие дела неизбежны, потому что люди не видят границ, сумасшедшие обостряются весной и осенью, с этим ничего не поделаешь».

При этом Паулов считает, что ничем страшным для Бегуна, Иванца и Умяровой дело не закончится: «Здесь все останутся на свободе — отделаются крупными штрафами». Следствие, по его мнению, «проведено объективно и полно», и «остальное решит суд». И это при том, что «там много статей — и экстремизм, и вымогательство, и еще несколько».

Дело прошло за полдень, подошло к обеду и судья Дерунов на серебристой «Мазде» уехал обедать. Судьба Иванца и Бегуна собравшимся была неведома. Секретарь суда заявила, что «Умярову привезут часам к двум или трём, не раньше».

Привезли к двум — судья Дерунов ещё не успел вернуться с обеда. Дорога явно сказалась на состоянии Умяровой — усталость читалась на лице. Правда, уже в зале заседаний от неё не осталось и следа. Видимо, в конвойном помещении её напоили, может, даже накормили. Хотя я не в курсе, делают ли это с обвиняемыми в наших судах.

Заседание началось с последнего слова Бегуна. В нём Дима рассказал то, что, по словам Андрея Соколова, дало делу новый оборот. По словам Бегуна, свои первые показания, которые мы уже видели в сети, он давал «по бумажке»: «Был наклеен лист на шкаф в кабинете следователя Закоречкина, ко мне повернули компьютер — я читал с этих носителей». Я лично помню, как спокоен был Бегун наэтой даче показаний (видео размещал, например, Михаил Матвеев в своём блоге). Подумал даже: странно как-то — такие серьёзные обвинения, и такое спокойствие. Помнится, в тот момент я решил, что это какая-то шутка или махинация, в которой участвует Бегун ради... А чёрт его знает, ради чего. Денег? Одно насторожило: он уже писал в ЖЖ о том, что перестал работать на Меркушкина — якобы старик его «кинул». И арестовали Бегуна после череды публикаций, в которых тот раскрывал разные схемы подкупа и прочее дерьмо команды губернатора.

В последнем своём слове Дмитрий Бегун заявил, что допрашивал его лично генерал Солодовников, который ему (Бегуну то бишь) угрожал. Якобы начальник областного главка сказал: «Ты слишком долго задержался на этом свете. Поэтому должен дать показания на Меркушкина». По словам Димы, ему предложили признать себя виновным или быть убитым: «Вы понимаете, что сейчас происходит в Самаре. Мне давали список фамилий, которые я должен был назвать. Вся эта история была раскручена не потому, что Иванец проводил журналистские расследования, Умярова что-то публиковала, я что-то писал. Была задача другая: обвинить Меркушкина».

Также Солодовников якобы заявил Бегуну: «Шатило для меня ничего не значит, главное — чтобы ты дал показания на Меркушкина».

Фактически Бегун обвинил Солодовникова в запуске той череды негативных публикаций о губернаторе, которая последовала за арестом блогеров. В этой атаке, по словам Бегуна, участвовал депутат госдумы Александр Хинштейн.

В завершение Бегун обратился к президенту Владимиру Путину, генеральному прокурору Юрию Чайке, председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину и руководству ФСБ с просьбой заняться этим делом: «Я готов дать все показания сотрудникам ФСБ или Следственного комитета. С самарскими полицейскими общаться я не буду. Объясню, почему: люди Солодовникова мне сказали прямо — либо моя супруга Людмила прекращает писать о моём деле, либо я получаю «пику» в бок. Ей тоже угрожали, сказав, что если она продолжит писать, один из членов нашей семьи умрёт». Бегун, начавший своё выступление с пожелания отвести в школу 1 сентября своего сына и посчитавший, сколько тому будет лет, если судья посадит блогеров на запрошенный прокуратурой срок (9 лет), в этот момент плакал.

Признаюсь, со стороны казалось, что каждое его слово — правда. Как на самом деле — неизвестно. Возможно, Бегуну предложили вариант для снятия обвинений, и именно этот вариант он отрабатывал. Возможно, ему действительно угрожали: тогда, по мнению Андрея Соколова, он может и не дожить до понедельника. Соколов заметил, что защитой Димы и его семьи, согласно закону, должна заниматься полиция — то есть структура, которую Бегун фактически обвинил в угрозах. «Получается, они должны будут защищать Дмитрий от самих себя» - сказал Андрей Соколов.

Не менее интересным, на мой взгляд, было и последнее слово Олега Иванца. Он читал текст с листа, был спокоен и уверен в себе, а после даже улыбался. Иванец показал распечатку письма с адреса Сергея Шатило на mail.ru, в котором Шатило, по словам Иванца, признается в том, что ему о вымогательстве со стороны блогеров сообщили следователи. Шатило в этом письме (если автор действительно он) пишет, что не готов идти на сделку с совестью, и не хочет обвинять людей в том, чего они не делали. Якобы он решил встретиться с Бегуном и спросить: а не предлагали ли Иванец и Умярова ему поговорить с Шатило на предмет денег? Примечательно, что встречался Шатило с Бегуном действительно в указанную в письме дату. «Потом на суде Шатило сказал, что его почту взломал хакер, который и написал письмо, - читал Иванец своё последнее слово. - Получается, что хакер этот сидел где-то в шкафу, раз он знал о предстоящей встрече Шатило и Бегуна».

Получается, что Шатило сам не хотел никого ни в чём обвинять, сделал вывод Олег Иванец: «Я его не виню, считаю, что он просто пытается сохранить свой бизнес». При этом себя виновным Олег Иванец не считает.

Наталья Умярова произнесла несколько слов: «Я — мама, и хочу остаться мамой. Во вменяемых мне преступлениях я не виновна. Прошу отпустить меня домой».

Судья Дмитрий Дерунов после выступления Иванца объявил перерыв, во время которого к обвиняемым подходили адвокаты (одна из адвокатов Бегуна слишком близко приняла к сердцу его выступление — почти плакала, и было видно, как Дима её успокаивает), потом зал проветривали, а после короткого последнего слова Умяровой Дерунов объявил о своём решении: «В связи со вновь открывшимися обстоятельствами дело будет досмотрено 27 июня в 11 утра». На этом всё закончилось — на сегодня.

Потом были разговоры о том, что Дима зря такое рассказал, что теперь можно привлекать в качестве свидетелей всех названных Бегуном людей, что появились шансы на освобождение блогеров, что это сделает их судьбу хуже - в общем, куча бесполезных разговоров типа гадания на кофейной гуще.

Вообще вся эта история как пахла дурно в начале, так и воняет сейчас. Неясно, кто кого прессует: то ли Меркушкин — Бегуна, то ли Солодовников — Меркушкина, то ли Хинштейн — Шатило, то ли Шатило — блогеров, то ли все — друг друга. Одно ясно: и Шатило, и арестованные блогеры стали пешками в большой политической игре. А уж кто её заказчик — вопрос открытый. По крайней мере, для меня.



И несколько фотографий из зала суда и не только:

Фотографии в альбоме «Дело блогеров», автор horengrig на Яндекс.Фотках






































Tags: дело блогеров
Subscribe
promo samarski_kray август 11, 19:12 7
Buy for 100 tokens
Полагаю, многие уже в курсе отличной новости, что в Самаре возродят легендарный фестиваль "Рок над Волгой"? Он пройдет на "Самара Арене" в 2020 году. Губернатор Дмитрий Азаров пообещал перезагрузку фесту - новый формат, но ту же атмосферу. А помните, как все начиналось в 2009 году? Подумать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments